Отравляющие вещества и боевые яды.

Проклятие Борджиа.


“Аптекарь: Всыпь этот порошок в любую жидкость и выпей все. Имей ты больше сил, чем двадцать человек, – умрешь мгновенно.
Ромео: Вот золото, возьми”.
Шекспир, " Ромео и Джульетта”.

Эта женщина явилась миру в 1480 году четвертым ребенком римской аристократки и кардинала. Ее семейство занимало самое скандальное место в Римском обществе, как самая гнусная, развратная, кровожадная и вероломная фамилия. Да к тому же еще несметно богатая. Что и говорить, девочка выросла на славу. Помолвки Лукреции Борджиа с богатыми женихами следовали одна за другой, но после получения щедрых даров от жениха отец невесты тут же терял к реализации матримониальных планов всякий интерес. Но женихи не отступали. Необыкновенно грациозная и приветливая златовласая и темноглазая красавица, чьи прелести и искусство в любви к пятнадцати годам стали уже легендой, привлекали многих мужчин, не слишком приверженных строгой морали. Яды пользовались особым успехом у всех Борджиа, которые превратили отравления своих врагов в такие хитроумные действа, что даже честные люди преклонялись перед таким высоким искусством.

Фирменным рецептом семьи было отравление персиком, разрезанным пополам ножом, отравленным лишь с одной стороны. Надо сказать, что отравления были тогда вообще очень в моде, и все люди вели себя довольно осторожно. Они практически не снимали перчаток и не брали в рот ничего, что не отведал бы заранее другой человек или собака. Вот почему уловка с персиком была порой единственно возможным способом перехитрить бдительного врага и получила широкое признание среди современников.

Другим методом из арсенала Борджиа до сих пор пользуются спецслужбы. Знаменитый “укол зонтиком” — тонкая игла, в резервуаре которой находится яд, – тоже изобретение родственников прекрасной Лукреции.

Ко всему прочему, Борджиа были, так сказать, гениальными химиками, готовя экспромтом без всяких рецептов и записей столь безотказные составы, что их тайну до сих пор не могут раскрыть ученые.

Согласно статистическим данным Академии Национальной ассоциации телохранителей России, около 60% от общего числа покушений на охраняемых лиц – это заказные убийства с использованием огнестрельного оружия, около 30% - с использованием боеприпасов взрывного действия, а оставшиеся 10% - все остальные: от ножа до радиоактивных изотопов и биологических ядов. Сотрудники личной охраны обязаны знать все варианты возможного поражения охраняемого лица, в том числе те, которые до недавнего времени принято было считать экзотическими.

Грозный. 27 сентября 2003 г.

Премьер-министр Чечни Анатолий Попов был госпитализирован в больницу Ханкалы с диагнозом «острое пищевое отравление». Однако позже медики обнаружили в его организме остатки гепатропного яда — вещества, разрушающего печень.

“Лаборатория Х”


Еще в 1926-м по распоряжению наркома Менжинского в ОГПУ начала действовать лаборатория по использованию ядов и наркотиков. Она была включена в состав секретной группы Якова Серебрянского, которая занималась проведением террористических акций за границей, в том числе с помощью ядов. 12 лет спустя, с приходом нового наркома Лаврентия Берии, решено было модернизировать это "научное подразделение". В наркомате создали две новые лаборатории. Одну из них, бактериологическую, возглавил профессор С. Муромцев, другую - по работе с ядами - Г. Майрановский.

За время существования этого секретного объекта у него было несколько "имен" - "Лаборатория № 12", "Лаборатория Х", "Камера".

Для проведения экспериментов с ядами Григорию Моисеевичу выделили большую комнату в угловом доме по Варсонофьевскому переулку. В помещении было отгорожено пять отсеков, двери которых, снабженные смотровыми глазками, выходили в просторный "приемный покой". Перед этими дверьми во время отработки очередной серии опытов с ядами постоянно дежурил кто-нибудь из сотрудников, контролируя "ядовитый процесс".

Основная цель лаборатории состояла в поиске ядов, которые нельзя было бы идентифицировать при вскрытии. Сначала Майрановский испробовал безвкусовые производные иприта. Похоже, он начал экспериментировать с этими веществами даже раньше, чем его коллеги в нацистской Германии, где впервые эксперименты с ипритом были проведены на заключенных Заксенхаузена в 1939 году. Результаты экспериментов Майрановского с производными иприта закончились неудачно: яд обнаруживался в трупах жертв. Нацистским коллегам Майрановского было проще: производное иприта «Циклон Б» срабатывало в лагерях смерти эффективно, и не было необходимости скрывать его применение.

Больше года ушло у Майрановского на «работу» с рицином — растительным белком, содержащимся в семенах клещевины. Поскольку пробовались разные дозы рицина, остается только гадать, сколько жертв погибло при этих экспериментах. Действие каждого из других ядов — дигитоксина, таллия, колхицина — опробовалось на 10 «подопытных». За мучениями жертв, не умерших сразу, экспериментаторы наблюдали в течение 10-14 дней, после чего «подопытных» убивали. В конце концов, был найден яд с требуемыми свойствами — «К-2» (карбиламинхолинхлорид). Он убивал жертву быстро и не оставлял следов. Согласно показаниям очевидцев, после приема «К-2» «подопытный» делался «как бы меньше ростом, слабел, становился все тише. И через 15 минут умирал».

Для проверки надежности для яда К-2 устроили "независимую экспертизу": труп одного из отравленных ядом был привезен в морг института им. Склифосовского, и там патологоанатомы произвели обычное вскрытие. Диагноз ничего не подозревающих врачей был однозначный: человек умер от острой сердечной недостаточности.

В 1942 году Майрановский обнаружил, что под влиянием определенных доз рицина «подопытный» начинает исключительно откровенно говорить. Майрановский получил одобрение руководства НКВД-НКГБ работать над новой темой — «проблемой откровенности» на допросах. Два года ушло на эксперименты лаборатории Майрановского по получению «откровенных» и «правдивых» показаний под влиянием медикаментов. Были безрезультатно опробованы хлоралскополамин и фенаминбензедрин. Допросы с использованием медикаментов проводились не только в лаборатории, но и в обеих тюрьмах Лубянки, № 1 и 2.

Помимо самих ядов, проблемой был и способ введения их в организм жертвы. Сначала яды подмешивались к пище или воде, давались под видом «лекарств» до и после еды или вводились с помощью инъекций. Было опробовано и введение яда через кожу — ее обрызгивали или смачивали ядовитым раствором. Потом пришли идеи трости—колки и стреляющей авторучки. На разработку отравленных маленьких пуль для этих устройств, эффективно убивающих жертву, было потрачено много времени и усилий.

После окончания войны Майрановский и два других сотрудника лаборатории были посланы в Германию для розыска немецких экспертов по ядам, экспериментировавших на людях. Майрановский вернулся в Москву убежденным, что достижения нацистских экспертов в этой области были гораздо меньшими, чем советских.

По заданию Берия "Майрановский до конца 1949 года занимался разработкой вопроса об отравлении пылеобразными ядовитыми веществами через вдыхаемый воздух" (из доклада старшего следователя МГБ Молчанова в Прокуратуру СССР. 1953 г.).

Сейчас уже трудно определить общее количество жертв экспериментов с ядами, проводившихся в лаборатории Майрановского. Судя по некоторым данным, это число достигало 250 человек. Среди тех, кто расстался с жизнью в пресловутой "Камере", были не только наши зэки, получившие "вышку". Здесь нашли смерть и германские, и японские военнопленные, поляки, корейцы, китайцы, обвиненные в шпионаже.

Как и в любой другой лаборатории, в «лаборатории смерти» был штат сотрудников. Они занимались тем же, чем Майрановский, — экспериментами на людях. Известны имена нескольких сотрудников: А.А. Григорович — помощник Майрановского, химик В.Д. Щеголев, руководитель бактериологической группы профессор (с 1948 года академик ВАСХНИЛ) С.Н. Муромцев, фармацевт В. Наумов, Кирильцева, Маг, Дмитриев, Емельянов, Щеглов. Сотрудники МГБ М.П. Филимонов, Н.И. Эйтингон и Ф.Ф. Осинкин присутствовали при экспериментах и участвовали в них. К постановке экспериментов привлекались и ученые — заключенные Аничков и Горский.

Лаборатория № 12 не была исключением и в смысле внутрилабораторных конфликтов и интриг, особенно между Майрановским и двумя другими старшими сотрудниками — Наумовым и Григоровичем. Но «специфика» работы лаборатории давала свои плоды: Филимонов начал серьезно пить после 10 «экспериментов», Муромцев не смог продолжить работу после 15 «опытов». В своем прошении о реабилитации, посланном на имя Генерального секретаря ЦК КПСС в 1955 году, Майрановский указывал, что из-за стресса сотрудники Щеголев и Щеглов покончили жизнь самоубийством, Филимонов, Григорович и Емельянов превратились в алкоголиков или заболели психически, а Дмитриев и Маг стали неработоспособными.

Туманный Альбион.

7 сентября 1978-го года болгарский диссидент, журналист и писатель Георгий Марков, стоя на автобусной остановке на мосту Ватерлоо в Лондоне, получил удар зонтиком по ноге. К вечеру у него поднялась температура, и упало давление. Через четыре дня он скончался от сердечной недостаточности

По словам бывшего генерала КГБ Олега Калугина, в 1978 году руководившего советской контрразведкой в Лондоне, это была третья попытка убить Маркова. Сначала была использована мазь, которая должна была убить журналиста через сутки — вскрытие констатировало бы смерть от сердечного приступа. Затем яд был добавлен агентом в стакан с напитком, приготовленным для Маркова (прямо-таки как это делал «доктор» Майрановский с «подопытными»). Только пуля, начиненная рицином, сделала свое дело.

Из работы российских спецслужб.

Весьма громкое отравление, ставшее результатом операции российских спецслужб, произошло в Чечне. Неизвестным ядом был отравлен известный террорист Хаттаб. Спецслужбы долго гонялись за "черным арабом", но он никого к себе не подпускал. Достать наемника удалось, лишь отправив ему письмо. Из Баку курьер по имени Ибрагим доставил террористу послание якобы от арабского шейха. Как удалось впоследствии выяснить, это был специальный тактильный яд. Раствор, которым обработали бумагу, в обычных условиях был безопасным для тех, кто читал письмо равнодушно. Чтобы он начал действовать и проникать в организм, читавший должен волноваться. То есть текст должен был вызвать у Хаттаба непроизвольное потоотделение. Так и произошло: яд вступил во взаимодействие с потом рук, после чего террорист в течение двух суток тихо умер, даже не поняв, что его отравили.

С середины 90-х.

Гибель президента объединения "Круглый стол бизнеса России" Ивана Кивелиди – одно из наиболее резонансных событий в истории российского предпринимательства. 1 августа 1995 года Иван Кивелиди был доставлен из офиса в Центральную клиническую больницу - без сознания и в тяжелом состоянии. Поначалу медики поставили диагноз обширный инфаркт.

Но уже на следующий день в 1-ю Градскую больницу с похожими симптомами попала личный секретарь Кивелиди Зара Исмаилова. Прожив ночь, наутро она умирает. Вторая смерть помогла установить в обоих случаях отравление неизвестным веществом.

Преступник не просто хотел пустить сыщиков по ложному следу - он сделал все, чтобы никакого следствия вообще не было, чтобы все думали, будто Иван Кивелиди умер своей смертью.

Яд был нанесен на слуховую мембрану трубки телефона, установленного в личном кабинете предпринимателя. Яд должен был накапливаться постепенно: каждый раз, когда жертва говорит с кем-то по телефону, мембрана вибрирует, и микроскопические частицы отравляющего вещества через поры кожи проникают в организм.

Кабинет предпринимателя обследовали повторно и только тогда обнаружили в телефонной трубке следы яда, причем такого, которого нет ни в одном реестре. Сыщики выяснили, что синтезировать его можно было лишь в лабораторных условиях и только в одном месте в стране, в секретном оборонном НИИ закрытого городка Шиханы Саратовской области.

О силе загадочного яда свидетельствует тот факт, что сотрудник Центра судебно-медицинских экспертиз при Минюсте, который изучал печень убитого, сам скончался через полтора месяца.

Следователи нашли ученого, который синтезировал и продал яд, использованный для устранения Кивелиди. Профессор этот получил впоследствии год условно.

Как и в случае с Кивелиди личная охрана не смогла предотвратить трагический исход Премьер-министра Грузии Зураба Жвания. Его нашли мертвым на конспиративной квартире, где один из вожаков "революции роз" любил проводить вечера вдали от посторонних глаз вместе со своим другом. Никто поначалу даже не заподозрил в этой смерти злой воли. Все выглядело так, будто грузинский премьер отравился угарным газом от неправильного обращения с иранской печкой. Если о злом умысле и говорили, то только в адрес нашей страны: тогда Россия отключила Грузии электричество.

Правда, проведенное американскими спецслужбами, независимое расследование причин гибели Жвания привело к иным выводам, еще раз подтвердившим известную истину, что революции пожирают своих детей.

По сведениям известного специалиста-химика, президента Союза за химическую безопасность Льва Федорова, премьеру в вино подлили пентакарбонил железа, состоящий из компонентов угарного газа и железа.

На вооружение спецслужб его поставили из-за того, что он очень удобен в использовании и практически незаметен для выявления впоследствии. Во-первых, пентакарбонил железа легко растворяется в спиртовых растворах, не разлагаясь, что важно, так как многие яды можно использовать только с водой или с соком. На вид это бледно-желтая жидкость, чуть более плотная, чем вода, которая спокойно растворяется в чем угодно и выпивается элементарно. «На вкус он вообще не ощутим», – объяснил ученый. То есть для того, чтобы отравить Жвания, достаточно было подарить ему отравленную бутылку вина или подложить минералку. Этот яд просто идеален: без запаха, почти без цвета, смерть более чем вероятна и симптомы очень похожи на отравление угарным газом. Но самое главное – отравленного насмерть человека пентакарбонилом железа практически невозможно отличить от задохнувшегося угарным газом. И доказать, что произошло отравление, по составу крови невозможно.

Двух граммов пентакарбонила вполне хватило бы для отравления насмерть, летальная доза этого яда – 17 миллиграммов на килограмм живого веса. Если два грамма соединения растворить в литре любой жидкости, то смерть наступает в течение двух часов, а сознание человек теряет моментально, гораздо быстрее, чем от действия угарного газа. А потом можно включать печку и камуфлировать убийство.

В 30-х годах пентакарбонил железа считался отравляющим веществом и находился на вооружении Красной Армии, но потом от него отказались. Последним, кто еще в советские времена работал с этой высокотоксичной, но редкой жидкостью, по информации Федорова, был Институт гигиены в Тбилиси.

Кандидат в президенты Украины Виктор Ющенко.

Ясность наступила почти через три месяца. 11 декабря 2004 года директор клиники Михаель Цимпфер и доктор Николай Корпан заявили на пресс-конференции о завершении работы над анализами крови. Не осталось никаких сомнений, что речь идет о попытке отравления диоксинами. В крови и тканях пациента была зафиксирована концентрация диоксина, в 6 000 раз превышающая показатели нормы.

Хотя исследования крови проводились и раньше, точный ответ стал возможен после включения в работу госпиталя в Амстердаме и его известной лаборатории BioDetection Sytems, где был разработан тест на диоксин. Директор лаборатории, профессор токсикологии окружающей среды Абрахам Браувер определил вид диоксина, которым был отравлен больной .

Им оказался 2,3,7,8-тетрахлородибензо-п-диоксин, или сокращенно 2,3,7,8-ТСDD.

Нанотоксикология.

Бурное развитие нанотехнологий несомненно приведет к тому, что в ближайшие годы наноматериалы войдут в нашу повседневную жизнь. И неудивительно, что все чаще стали обращать внимание на возможные эффекты их воздействия на живую природу. Нанотоксикология может быть определена как «наука о созданных наноустройствах и наноструктурах, имеющая дело с их воздействием на живой организм» . Оценка их безопасности должна иметь высший приоритет в условиях ожидаемого распространения по всему миру и вероятного воздействия на людей, непосредственно или через выделение в окружающую среду (воздух, воду, почву).

В основном наноматериалы (как естественного, так и искусственного происхождения) поступают в организм через дыхательные пути, но нельзя не учитывать и попадание в желудочно-кишечный тракт, а также воздействие через кожу. Специфические защитные механизмы входных порталов защищают организм млекопитающих от вредных веществ. Однако для наноматериалов эти защитные механизмы могут не всегда быть эффективными.

При вдыхании наночастицы благодаря диффузии эффективно распространяются во все отделы дыхательного тракта. Маленькие размеры облегчают поступление в клетки и перенос в систему кровообращения и лимфатическую систему, и наночастицы достигают таких потенциально чувствительных мишеней как костный мозг, лимфоузлы, селезенка и сердце. Не исключено их поглощение чувствительными нервными окончаниями в эпителии дыхательных путей и доступ к центральной нервной системе и нервным узлам, обусловленный перемещением вдоль отростков нейронов. Некоторые исследования указывают, что путь обонятельных нервов также следует рассматривать как портал входа в центральную нервную систему для человека в условиях окружающего и профессионального воздействия переносимых по воздуху наночастиц. Это подтверждается данными, полученными вирусологами, которые давно поняли движение вируса менингита человека через нейроны обонятельной системы и тройничного нерва. В желудочно-кишечный тракт наноматериалы могут попасть непосредственно (например, если они содержатся в пище или воде, или используются в косметике, или как лекарства, или устройства, доставляющие лекарственные препараты) или при выведении из дыхательных путей. Потенциально важный путь попадания наноматериалов в организм – через воздействие на кожу, особенно поврежденную. (Следует отметить, что по некоторым данным наночастицы могут проникать даже через неповрежденную кожу при ее изгибе – как при движениях запястья).

Оперативно-технический осмотр.

Отнесение тех или иных веществ к ядам достаточно условно, так как токсичность многих из них определяется обстоятельствами или способом введения в организм Отравляющие вещества во всем своем многообразии, могут находиться в жидком, твердом и газообразном состоянии. Некоторые из них обладают запахом, но большинство таковым не характеризуется. Качество и количество отравляющих веществ, а также способ их доставки и применения определяется целями атакующей стороны.

Основными носителями атакующей токсичности являются предметы повседневного окружения или пользования, и особенно пища. Отравляющие вещества в аэрозольном состоянии требуют специальных емкостей, и устройств распыления. Отдельным способом атаки может выступать занесение отравляющего вещества в систему приточной вентиляции или водоснабжения.

Яды могут попадать в организм человека через органы дыхания, слизистые оболочки, кожу или рот вместе с отравленными продуктами питания. Наиболее доступными и распространенными химическими веществами для атакующих действий являются:
- токсичные гербициды и инсектициды, например, широко применяемые в сельском хозяйстве и быту фосфоро-органические соединения,

- применяемые в промышленности, сильно действующие ядовитые вещества: хлор, фосген, цианиды и т.д.
- находящиеся на боевых складах боевые отравляющие вещества: зарин, зоман, “ви-икс”, иприт, люизит и т.д.
- психогенные и наркотические вещества,
- природные яды и токсины.

В большинстве случаев отравлений симптомы заболевания имеют ярко выраженную специфику, могут быть диагностированы врачами. И при вовремя начатом лечении есть шанс предотвратить летальный исход. Для своевременного обращения к медицинским службам телохранитель должен знать факторы, свидетельствующие о возможном применении химических веществ:
- внезапность заболевания группы людей, находящихся в одном и том же или близко размещенных помещениях (офис, подъезде, доме и т.д.)
- схожесть симптомов заболевания,
- анамнестические данные (угрозы о планируемом теракте, необычность обстановки в помещениях: посторонние запахи, разлитые вещества, рассыпанные порошки и т.д.)
- рассказы работников, соседей о необычных посетителях и т.д.

Основным инструментом в работе телохранителя для предотвращения подобных угроз, возникающих в сторону охраняемого лица, является проведение оперативно-технического осмотра в строгой последовательности его технологического ряда. Грамотное планирование, обеспечение необходимыми техническими средствами и контроль над проведением оперативно-технического осмотра должны быть основополагающими и находится в компетенции руководства отделов личной охраны. Следует также отметить, что обязательным условием эффективности проведения данных мероприятий является соответствующая квалификация самих сотрудников личной охраны.

P.S.
В 2000 году был рассекречен документ, в котором излагались планы ЦРУ\CIA по уничтожению кубинского лидера Фиделя Кастро в 1950-е - 1960-е годы. Некоторые проекты были весьма интересны. Например, изучалась возможность распыления агентов наркотика ЛСД в студии радиостанции, на которой часто выступал Кастро. Под влиянием наркотика речь Кастро должна была стать невнятной и сбитой, что должно было позволить дискредитировать его в глазах кубинцев. Аналогичное развитие событий должны были вызвать сигары, начиненные определенными химическими веществами (Кастро должен был скончаться через несколько часов после произнесения речи). Был план использования солей таллия, которые должны были вызвать выпадение прославленной бороды. Впоследствии было решено остановиться на традиционных пилюлях, которые следовало добавить в чай или кофе. Однако ни один из этих планов не был реализован благодаря действиям охраны, консультантами которой были сотрудники 9 Управления КГБ СССР.

Мы будем продолжать исследования в данной области и всегда готовы к диалогу с заинтересованными специалистами.
Руководитель НАСТ “Балтика” Дмитрий Сакуто
"Вопросы безопасности. Калининград."№2(11) март-апрель 2008 г.